Турецкий археолог Айшегюль Эрден Гюней выдвинула свежую трактовку отверстий в старинных погребальных сосудах Анатолии. Статья вышла в журнале Arkeoloji Dergisi. По ее версии, назначение зависело от обряда: при захоронении тела целиком через отверстие могли передавать еду и воду, а в урне с прахом оно могло обозначать выход для души. Об этом рассказывает Наука ТВ.
Ранние примеры найдены в Гедикли-Карахёюке на юго-востоке Турции. Их датируют ранним бронзовым веком; отверстия у них располагались в стенках либо на дне. Специально для погребений такую керамику не делали — использовали обычную посуду, иногда уже поврежденную. Схожие предметы находили в Илидже, Богазкёе-Османкаясы, Трое и Аладжа-Хююке.
В древней Месопотамии считали, что умершему требуются забота родственников, пища и вода. Духов называли гидим или этемму; если живые забывали о подношениях, духи могли вернуться и навредить. В Уре и Телль-Аграбе археологи нашли глиняные трубы для даров. В текстах из Мари перечислены молоко, пиво и вода. Один шумерский текст говорит о воде, которую льют через трубу в подземный мир. Поэтому отверстия в сосудах из могил без кремации могли служить каналами для подношений.
Для урн с прахом исследовательница допускает иной смысл. Шумерское сказание о Гильгамеше и Энкиду сообщает: дух сгоревшего человека не встретился в подземном мире, поскольку дым унес дух в небо. У хеттов огонь в царских погребениях служил очищению и обожествлению умершего, поэтому отношение к кремации в древних культурах различалось. Больше всего урн с отверстиями обнаружили в местах, связанных с Урарту, — в Аянисе, Дилкае, Ван-Алтынтепе. Ранее расположение дыр объясняли полом или семейным положением покойных, но для таких выводов не хватало данных. Гюней предполагает, что отверстие символизировало путь, которым душа покидала сосуд; письменных свидетельств для урартских погребений нет.
Сходные обычаи встречались и за пределами Анатолии. В Древнем Египте посуду намеренно повреждали во время погребальных ритуалов, словно выводя из обычного употребления. В Центральной Европе отверстия в погребальной керамике называли «отверстиями для души». Их обнаруживали также в символических захоронениях без останков. Гюней не считает, что у всех отверстий было одно назначение: их смысл мог зависеть от культуры и способа погребения.