Самарский суд изучает дело Тарховых: в материалах есть куклы вуду

В Самарском областном суде продолжается процесс по делу об убийстве экс-мэра Самары Виктора Тархова и его супруги Натальи. Всех свидетелей суд уже выслушал, теперь прокурор на этой неделе оглашает материалы, переходя от одного тома к следующему. В деле 33 тома, и многие детали звучат как сюжет хоррора. Об этом пишет сайт 63.ru.

Показания давала Людмила Тархова, дочь погибших и мать обвиняемой; дважды у нее сдавало сердце на двух заседаниях — 16 и 22 сентября 2026-го. Двадцать четвертого сентября прокурор начал зачитывать то, что нашли в телефонах и квартире Екатерины. Среди находок оказались самодельные куклы с иглами, заговоры на деньги, снимок умирающего деда и переписка с человеком, который подсказывал, как обманывать близких. В квартире Екатерины обнаружили блокнот с заклинаниями и несколько кукол: одну фигурку украшала фотография Натальи Тарховой, ее обвязали черной ниткой, воткнули не меньше пяти булавок, а конечности замотали, словно фиксировали пленника. Рядом лежала записка с пожеланием, чтобы Наталья слушалась только автора, никуда не лезла без его ведома и на следующей неделе отдала 12 млн рублей; там же описан обряд с фото Натальи Ивановны, черной гуашью, иглами и свечами.

Среди прочего в шкафу лежал блокнот, где Екатерина записывала планы. Она писала о благе для Таисии, хотела назвать дочь Нателлой в честь Светланы Метревели, которую следствие считает организатором, и мечтала больше никогда не видеть и не слышать маму, бабушку и дедушку. Также девушка говорила о переезде за границу с сыном и неким Виталиком. Личность Виталика в суде не раскрыли, но ранее источники сообщали о влюбленности Кати в Виталия Лукина, фигуранта дела обнальщиков; будто бы он появлялся на заседаниях, а кто-то рассказывал, что Лукин целовал ее через решетку. Среди этих записей встречается фраза об отречении от Бога. Мать Кати Людмила подтвердила в суде, что дочь сняла крест и перестала ходить в храм; по ее словам, в православные праздники Катю прямо выворачивало, а Наталья Тархова была убеждена, что внучка одержима бесами, пыталась ее отмолить и привозила священников. Церковные праздники Катя возненавидела еще в 2019 году после рождения сына.

В телефоне Кати нашли переписку с Натальей Николаевной; следствие полагает, что это Светлана (Нателла) Метревели. Собеседница советовала ничего не писать по Новитреку, не отвечать на звонки до обеда и рассказывать о гипертоническом кризе и микроинсульте у бабушки. Предлагалось также говорить, что дед вылетел рано утром, а бабушку перевезли в Москву на реанимобиле, рядом друзья и родственники. Именно эту версию Катя потом и излагала; есть и сообщение некой тете Наде: все решилось, мама с ними, а в ближайшие дни они будут в Москве. В галерее телефона следователи увидели десятки снимков: деньги, ключи от машины, перебинтованный палец, документы для выезда за границу, выданные на Таисию Киселеву и Дмитрия Метревели, спящего в кровати Дмитрия, черные мешки, которые выносили из жилья. Самым страшным оказалось фото Виктора Тархова: на снимке он находится на полу рядом с диваном и почти не напоминает себя. Следствие полагает, что фотография входила в фотоотчет, который Екатерина направляла Светлане Метревели; Людмила в суде говорила, что Светлана требовала фотографировать страдания родителей будто бы для отчета заказчикам.

В суде также огласили итоги обысков в квартире Тарховых. Специалисты обнаружили следы вещества бурого цвета на креслах и книгах, на полу и пледе, на потолке и стенах, за гардиной, на камине. Экспертиза с вероятностью 99% показала, что это фрагменты мягких тканей мужчины, а в 99,9% случаев речь шла о биологическом отце Людмилы Тарховой — Викторе Тархове. В морозилке также была кровь Виктора, на пододеяльнике и халате — следы пота Екатерины, другой халат сохранил семенную жидкость человека, сына Бичико Метревели, а именно Дмитрия. Во время следственного эксперимента куски свинины и говядины замораживали азотом, пилили сабельной пилой и били молотком; мясо поддалось пиле, а от молотка разлетелось на мелкие части. Прокурор сказал, что это позволяет предположить возможное полное растворение тел, но утверждать пока нельзя.

Людмила Тархова в показаниях призналась, что дочь называла ей даты смерти деда и бабушки: 31 декабря 2024 года, между 22:00 и 23:00, умер отец, а мать — со 2 на 3 января 2025 года. По словам Кати, бутылку с ядом дала Таисия Киселева, заказав ее в Грузии; сперва отраву добавляли в пищу и питье, затем использовали капсулы, которые привозил Дмитрий и, как утверждала Катя, насильно давал родителям пить. Виктор Александрович скончался на диване в зале, Наталья Ивановна — в своей комнате; когда Дмитрий завязал ей руки, она спросила, что он хочет, а тот ответил, что сейчас она все узнает. По словам Людмилы, дочь находилась на кухне и слышала, как Дмитрий разделывал тела, видела мешки и как останки складывали в холодильник; потом он повредил руку, началось загноение от трупного яда, и мужчина срочно улетел в Грузию лечиться, а затем вернулся. Людмила умоляла дочь сказать, где похоронены останки родителей: сначала Катя утверждала, что не знает, потом заявила, что Бичико знает, где головы мамы и папы, а Киселевой также известно все.

На следующем заседании Людмила продолжила: Катя почти не занималась сыном, ребенок иногда оставался у нее на месяц, а содержали его бабушка с дедушкой; драки между Катей и Натальей Ивановной были не редкостью, а водитель Ильдар ранее говорил, что у подъезда Катя применяла силу к бабушке — могла толкнуть или ударить. Катя рассказывала, что во время расчленения тел Метревели она стояла на кухне и смотрела в окно, спиной к происходящему, стараясь не смотреть; после убийства она сильно плакала, позвонила Светлане, а та велела заснять происходящее. Людмила спрашивала дочь, почему та не сбежала и не пошла в полицию, но четкого ответа не получила. На заседании огласили сообщения между Екатериной и Людмилой: в них Катя обзывает мать мажоркой, нищебродкой, сволочью и воровкой, обещает стать для нее худшим врагом на всю жизнь и грозит, что та никогда не увидит внука; в одном послании она предупреждает мать, чтобы та не села в тюрьму, а Людмила отвечает ей тем же. В итоге мать в колонии, дочь в СИЗО. До окончания резонансного процесса еще далеко: из 33 томов озвучена примерно половина. Затем заслушают экспертизы, специалистов, защиту и, вероятно, саму Екатерину; очередное заседание намечено на 1 октября.