Шимпанзе приписывают агентность виртуальным обезьянам
Британские, немецкие и американские исследователи выяснили, по какому признаку шимпанзе приписывают окружающим агентность. Решающую роль играет морфология, а не способность двигаться самостоятельно. Результаты опубликованы в Proceedings of the Royal Society B. Об этом пишет портал N + 1.
Эксперимент провела группа под руководством Жозепа Калла из Института эволюционной антропологии Общества Макса Планка. Шесть обитателей Центра исследований приматов имени Вольфганга Кеплера в Лейпцигском зоопарке охотились в виртуальной среде за свиньей или кабаном, соревнуясь с конкурентом. Двое соперников выглядели как обезьяны — капуцин и макака-резус, еще двое были объемными фигурами: пирамидой и кубом. Обезьяны передвигались руками и ногами, фигуры скользили, при этом часть объектов оставалась неподвижной.
В половине попыток шимпанзе успевали первыми и получали за это два кусочка фруктов. В остальных случаях добычу забирал конкурент, а если он не двигался, она пропадала до того, как подопытный успевал подойти.
На обезьяноподобных соперников реакции возникали заметно чаще — в среднем в 20–25 процентах случаев против 2–4 процентов для фигур (p = 0,004). Движение значения не имело. Обезьяны стучали по монитору, жестикулировали в сторону соперника, прыгали перед экраном и вокализировали.
По выводам авторов, наделяя кого-то агентностью, шимпанзе ориентируются на морфологические признаки, а не на самостоятельное перемещение. Это сближает их с людьми: младенцы, согласно более ранним работам, тоже считают агентами объекты, которые не просто двигаются сами, но и преследуют цели.
Прежние эксперименты показали, что человекообразные обезьяны лучше запоминают предметы, которых касается человеческая рука, а не механическая клешня. Кроме того, шимпанзе учитывают, что видят и слышат сородичи, различают намеренные и случайные действия, а также отличают человека, не желающего дать угощение, от того, кто физически не может этого сделать.
